Zahav.КарманZahav.ru

Вторник
Тель Авив
N/A+21

Карман

А
А

«Запутанный рассказ о рыцарских скандалах»

Нам представили Генделя в изящной легкой версии – без декораций, сокращенную. Режиссер Ширит Ли Вайс прикоснулась к старинной истории без излишнего пиетета.

26.09.2019
Фото: пресс-служба

И, словно музыкант на десяти цимбалах,

Не уставая рвать повествованья нить,

Ведет туда-сюда, не зная сам, как быть,

Запутанный рассказ о рыцарских скандалах.

Осип Мандельштам

Это сказано про поэта Ариосто. Живым хрусталем звякнул поэтический аккорд. Время будто утекло вспять. И мы послушали в зале тель-авивской оперы Генделя, которого вдохновили сюжеты Ариосто. Генделя принято считать квинтэссенцией силя барокко. Хотя, возможно, присущей истинному барокко избыточности, конфликтности, напряжения в его музыке и немного. В пантеоне- мирового искусства у Генделя несомненно есть особый зал или кабинет, где он вешает тяжелый парик с тугими локонами, и еще там стоит его чернильца, и перо роняет паутинки нотных строк. Там лежит любимый том Лудовико Ариосто, рассказ о героизме и приключениях-«Неистовый Роланд». О том, что эта книга была любимой мы знаем точно – Георг Фридрих Гендель черпал из нее вдохновение многократно. Вот и опера «Орландо» основана на нескольких мотивах поэмы.

Нам представили Генделя в изящной легкой версии – без декораций, сокращенную. Режиссер Ширит Ли Вайс прикоснулась к старинной истории без излишнего пиетета. Но и резких волюнтаристских приемов, как, скажем, в московской «Геликон-опере», где совместили Генделя, клуюную музыку, чудовищный расстрел в городе Орландо ( штат Флорида) весной этого года, тоже не использовано. Просто плеснули немного современности, добавили загадку. И очень хорошо спели и сыграли.

Photos by Yosi Zvecker


...На сцене иерусалимский оркестр «Израильская камерата». Главный здесь сказитель и герой. Дирижер Эйтан Шмайссер тоненькие негромкие хрусталинки музыкального текста нанизывает на ниточку оперы-сказки. И этот тандем дирижера и оркестра весьма органичен, он чарует чистотой и интеллигентностью. Звучание прозрачное, слаженное, будто из просторов времени и слоев стилей добытое. Отважный воин Роланд (в итальянской версии Орландо, отсюда и название оперы), племянник короля Карла Великого не знает, что для него важнее – война или любовь. Видимо, сочетать эти две стихии не позволяет его цельная натура. Да и всем и всегда такое трудно дается. Заглавная партия у контртенора Алона Харари получилась цельной, в меру драматичной, артистически-обаятельной, не без юмора. Певец наделен вкусом, сценической харизмой, у него прекрасная вокальная техника. Этот Орландо размашисто и убедительно любит, увлеченно колеблется, по ходу меняет свои взгляды и метод обретения истины. Маг и мудрец Зороастр (явная удача баритона Одеда Райха) его направляет, советует, дисциплинирует. А иногда выступает и как жестокий диктатор, которому мир не в радость, ему подавай войну. Вся ситуация разыгрывается на трех небольших помостах. Лаконично и без вычурности спектакль насыщен символами –предметами, их немного, они не отвлекают, и все внимание направлено на артистов-певцов, которые ищут любовь, обретают опыт, страдают - ведь вся опера – это круговорот чувств, с которыми люди так и не научились справляться. Все здесь –тропы, маршруты любви, которая – как поет нам обиженная Доринда – «сквозняк». Встречи, расставания, измены, снова встречи. А боль и разочарование неминуемы, никому их не избежать. Костюмы, придуманные Майей Мейдар-Моран, и комичны, и элегантны. Рафинированная и страстная принцесса Анжелика ( убедительная, победная Даниэлла Скорка) одета как то как героиня греческой трагедии, то как кафешантанная дива, пастушка Доринда (яркая, обаятельная, пластичная Таль Ганор) похожая костюмом и манерами на героинь венских оперетт, принц Медоро (Анат Чарны в этой партии словно перерождается в юношу-мальчика, и поет очень качественно, стильно), одетый как мушкетер, и властный, брутальный Зорастр в дохе с мехом, накинутой на обнаженный торс – все красочны и остроумно уместны. Свет в спектакле красивый, передающий настроение, выверенный, никаких отвлекающих трюков, это просто туман над остывающей планетой, или космос из звездолета, или отголосок снов, которых возможно и не было... Рыцарь Роланд (Орландо), одетый в потрепанные джинсы, кожаную рокерскую безрукавку, очень похожий на любого современного юношу в любой стране мира, выбрал для себя сражаться с чудовищами и драконами. Как ему и советовал ( приказывал) Зороастр. А любовь осталась грезой, сном, цветком, который не вырос. Живой хрусталь пролился в зал. Жаль, что так мало представлений «Орландо» намечено – это несомненный успех нашей оперы. Я хочу отдельно отметить творческую, вдохновенную работу пианиста, педагога, увлеченного музыкой на всю судьбу Александра Иванова, без которого наши вокалисты звучали бы не так... «Орландо» - дар меломанам. Вызов тем, кто в наше, израильское, искусство не верит. Ну да ладно, пусть себе не верят. Ведь кто-то не верит в акул, инопланетян и счастье в любви. Да Бо с ними, неверящими.

Инна Шейхатович

Читайте также