Zahav.КарманZahav.ru

Среда
Тель-Авив
+29+24
Иерусалим
+30+20

Карман

А
А

«Моня Цацкес - Знаменосец»: культовая проза Эфраима Севелы выходит на израильскую сцену

В Израиль приезжает московский Еврейский Театр «Шалом» с одной из ключевых постановок своего нового репертуара.

30.06.2026
На правах коммерческой информации
Фото: Лана Павлова

«О чем думает солдат на посту? В первую очередь о еде. И во вторую очередь о ней же. Моня Цацкес не был исключением. Он даже и в третью очередь думал тоже о еде».
Эфраим Севела

Этой осенью в Израиле впервые представят спектакль московского Еврейского Театра «Шалом» «Моня Цацкес - Знаменосец» по повести Эфраима Севелы. Гастроли пройдут с 16 по 24 октября и станут одной из заметных театральных премьер русскоязычного культурного сезона.

В Израиль приезжает московский Еврейский Театр «Шалом» с одной из ключевых постановок своего нового репертуара. «Моня Цацкес - Знаменосец» уже несколько сезонов собирает полные залы, Номинант театральной премии «Золотая маска» и стал спектаклем, в котором разговор о войне, еврейской памяти и человеческом достоинстве звучит без музейной тяжести и театрального пафоса.

В основе постановки повесть Эфраима Севелы, одного из самых узнаваемых еврейских авторов русскоязычной литературы. Его проза держится на редком сочетании боли, иронии, внутренней свободы и жизнелюбия. Севела писал о катастрофе не языком памятника, а языком живого человека, который боится, любит, шутит, теряет и все равно продолжает держаться.

Главный герой, Моня Цацкес, еврей из литовского Поневежа, попадает в Красную армию. Все, что происходит с ним, трагично, но звучит почти как анекдот. Война разрушает привычный порядок мира, страх становится частью повседневности, а человек все равно сохраняет доброту, находчивость, чувство юмора и способность не предать самого себя.

Режиссер спектакля, художественный руководитель театра «Шалом» Олег Липовецкий, видит в повести Севелы материал, точно совпадающий с миссией современного еврейского театра. «Мы, прежде всего, разговариваем со зрителями о том, как оставаться собой в любые времена, в любой ситуации, о самоидентификации в сегодняшнем мире», говорит Липовецкий.

Эта мысль определяет внутренний нерв постановки. «Моня Цацкес - Знаменосец» не превращает военную историю в героическую открытку и не делает из еврейской судьбы архивный экспонат. Спектакль соединяет горькую печаль и светлый юмор, фронтовую хронику и еврейский анекдот, личную судьбу и память народа.

Липовецкий формулирует принцип спектакля предельно точно: «Смех уничтожает страх. Когда не хочется бояться, нужно смеяться над своими страхами». В этой фразе заключена не эффектная театральная метафора, а смысловая основа постановки. Смех здесь не смягчает трагедию и не делает ее удобной для зрителя.

Он становится способом сопротивления, последней внутренней территорией свободы, которую человек способен удержать даже в обстоятельствах, лишающих его почти всего.

Для сценического воплощения текста о Второй мировой войне создатели выбрали форму площадного театра. Зрительный зал здесь перестает быть зоной пассивного наблюдения.

Артисты работают не перед зрителем, а вместе с ним: обращаются напрямую, смотрят в глаза, ищут поддержки и превращают зал в живого участника действия.

«Площадной театр, это когда у тебя есть партнеры на сцене, а зрительный зал тоже твой партнер. Нет четвертой стены, ты должен общаться с залом, постоянно глядя людям в глаза, реально искать их поддержки, брать их в свои соратники», объясняет Липовецкий.

На сцене всего четыре блестящих артиста театра: Антон Шварц, Николай Тарасюк, Антон Ксенев и Карина Пестова. Они создают десятки персонажей, мгновенно меняя возраст, характер, интонацию и внутренний ритм роли. Минимализм сценического решения делает спектакль точнее: в центре остаются слово, голос, пауза, взгляд и энергия актера.

Со сцены звучит не только текст Севелы. В инсценировку введены древние еврейские молитвы, прежде всего псалмы Давида. По словам Липовецкого, именно они придают спектаклю вневременное измерение и выводят историю Мони Цацкеса за пределы фронтового сюжета.

«За такую вневременную составляющую отвечают псалмы Давида, которых нет в тексте у Севелы, которые были привнесены мной», говорит режиссер.

Молитва здесь не отменяет юмор, а юмор не отменяет молитву. Они существуют рядом, потому что обе эти силы помогают человеку не исчезнуть внутри катастрофы. Смех удерживает от паралича страха. Молитва возвращает достоинство и вертикаль смысла там, где земля уходит из-под ног.

Для израильского зрителя имя Эфраима Севелы звучит особенно лично. После эмиграции из СССР в 1971 году он жил и работал в Израиле, а во время Войны Судного дня добровольцем участвовал в защите страны и был ранен.

Поэтому приезд спектакля по его повести в Израиль воспринимается не как обычный гастрольный маршрут, а как возвращение текста в пространство, где биография автора, еврейская память и современная реальность вступают в прямой диалог.

«Моня Цацкес - Знаменосец» рассказывает о прошлом, но звучит без безопасной исторической дистанции. Война, страх, изгнание, идентичность, одиночество, милосердие и право оставаться человеком в нечеловеческих обстоятельствах сегодня не требуют дополнительных пояснений. Зритель считывает слишком многое сам.

Это спектакль о герое без бронзы и пафосной позы. Моня Цацкес не похож на классического знаменосца. Его знамя не только военное. Он несет через страх, хаос, потери и унижение человеческое лицо, еврейскую память, юмор, верность себе и способность к милосердию.

Гастроли спектакля в Израиле пройдут с 16 по 24 октября.

«Моня Цацкес - Знаменосец»

Московский Еврейский Театр «Шалом»

По повести Эфраима Севелы

Режиссер: Олег Липовецкий
В ролях: Антон Шварц, Николай Тарасюк, Антон Ксенев, Карина Пестова

Продолжительность: 1 час 40 минут без антракта

Организатор: Rest International.

Билеты здесь

Смотреть «Моню Цацкеса» стоит не только тем, кто любит прозу Севелы или еврейский театр. Этот спектакль говорит о тяжелых вещах без пафоса, о памяти без оцепенения, о войне без эксплуатации боли, о смехе без легкомыслия.
Потому что смех, рождающийся не от пустоты, а от мужества, действительно способен уничтожать страх. Или, по крайней мере, не позволяет страху стать последним словом.

Читайте также