Как многолик наш театр! Оттенков - океан. То поставят клюкву с претензией на актуальность (претензия есть, а художественный уровень ниже плинтуса), то замахнутся на масштабный и подлинно художественный спектакль, в котором много открытий и свежих находок. Актеры у нас есть невероятные, органичные, яркие. С режиссерами явно хуже. Как, впрочем, и везде. Наш театр ищет свое лицо, и случаются победы. И не столь важно, где, на какой сцене ставится и играется спектакль, - в Израиле ведь нет периферии в привычном смысле, и нет театров, которые не способны были бы представить в одном и том же сезоне и откровенный шлак, - и сенсацию. И бескрылую поделку, - и поистине серьезную новаторскую работу.

В этих моих заметках речь пойдет о театральной работе, которая прозвучала сильно и горделиво. Этакая художественная бомба - если бомбы бывают позитивными…

«Бог резни». Пьеса Ясмины Реза, знаменитой француженки. Автора умного и прекрасно понимающего законы театра, непредвзято анализирующего жизнь и характеры людей. Она не слишком романтична. Не умиляется; не щеголяет общими банальными постулатами. В меру универсальна, в меру эксцентрична. Знаменитый, талантливый, в меру скандальный режиссер Роман Поланский снял по этой пьесе свой фильм «Резня». Все в этом фильме скромно и со вкусом: знаменитые актеры, одна буржуазная французская квартира - и один долгий разговор. В герметичном пространстве полыхает война. Это история о двуличии и эгоизме, о жестокости нашего «человейника». О том, что болезни взрослых, - их безумие, мелочность, мещанство, позерство, беспомощность и бессмысленность их жизни, упакованной в показную респектабельность, - передаются детям. Это история о людях, которые только внешне выглядят благопристойными, респектабельными, а внутри дикари… Они не умеют извлечь из своего существования хотя бы капельку счастья. Не умеют сами - и не научат детей. Их цивилизованность мнимая.

В тель-авивском Камерном театре режиссер Гади Ролл показал свою версию «Бога резни». В спектакле участвуют, - нет, громогласно царят! - Оля Щур-Селектар, Керен Мор, Юваль Сегаль, Охад Шахар. И этот квартет блистательно справляется с партитурой пьесы, с теми весьма непростыми задачами, которые ставит перед ним режиссер.

Сюжет, который разыгрывают на сцене, прост до банальности: мальчишки поссорились в школе, подрались, в ход пошла палка, жертва нападения лишилась двух зубов и получила синяки. Родители нападавшего пришли в дом к потерпевшему, чтобы поговорить о происшествии. Хозяева требуют, чтобы малолетний преступник извинился. Подчеркивают драматизм ситуации, красочно описывают страдания сына, серьезность нанесенной их ребенку травмы. Говорят, что малолетний преступник должен быть наказан; требуют, чтобы он извинился перед сверстником.

В ролях родителей потерпевшего мальчика - Керен Мор и Охад Шахар. Папу и маму виновника играют Оля Щур-Селектар и Юваль Сегаль.

Родители избитого мальчика пылают гневом (это естественно, какие родители на их месте восприняли бы ситуацию спокойно?), но сдерживаются. Родители злоумышленника пытаются быть покаянно-вежливыми.

Керен Мор в этом спектакле точно и мощно играет даму-снобку, ядовитую, стервозную, отталкивающе фальшивую, несчастную. Она готова растерзать и мужа, и себя, и гостей из вражеского стана за сущую мелочь, и ее яд способен сгубить все живое…

Охад Шахар чутко и мудро передает характер давно сникшего и раздавленного жизнью середняка, бессильного, проигравшего. Он с готовностью подчиняется, слабо проявляя остатки достоинства. Его жалеешь с какой-то брезгливой снисходительностью…

Юваль Сегаль просто делает шаг в новую для себя театральную область. Никогда прежде его сценические работы не отличались такой остротой, выверенностью, бесстрашной эксцентричностью, сарказмом - вкупе с виртуозным владением спектром красок: от наигранного обаяния до сатанинского садизма…

Оля Щур-Селектар в этом безукоризненно выстроенном психологическом лабиринте, где у каждого игрока своя партия, свой тайный код, живет полифоничной, сложной, насыщенной жизнью. Ее героиня - личность, лишенная кислорода правды и надежды. Ее рвет и выворачивает, она издергана (напомню - она играет маму драчуна), зависима от алкоголя. И сцена опьянения выходит виртуозной; грандиозностью и выразительностью она сравнима с актерскими работами самых больших мастеров. Жена адвоката, который все время, всю жизнь занят лишь работой и собой (что, по сути, одно и то же), она душит свои порывы, чувства, мысли, - не живет, а пытается жить. Пытается держаться в рамках - и проигрывает, катится на дно, демонстрирует жизненное фиаско, трагедию, боль… Момент¸ когда она швыряет мобильный телефон мужа в вазу с цветами - рецидив, истерика, всплеск на фоне ее жизни-болезни. Оля Щур-Селектар - актриса большого дарования. Ей по силам любые стили, любые, самые сложные характеры.

На мой взгляд, Гади Ролл поставил спектакль-сенсацию. Здесь все совпало: режиссерская мысль, умелый перевод Дори Парнеса, четверка прекрасных актеров. Лаконичная сценография Адама Келлера в маленьком зале (спектакль идет в «Камери-4»): две стопки книг и несколько стульев, - придает происходящему ощущения безысходности, герметичности, отсутствия будущего. От этого горько, - хочется воздуха и света, - но актерская игра завораживает. Убеждает. Предостерегает. Итак, в Камерном - торжество талантов. Не посмотреть этот спектакль - грех. Он - как ожог. Пойдите в театр - и поймете, о чем я здесь говорю. Для меня Гади Ролл у Романа Поланского выиграл. Хотя это мое субъективное мнение.